о полиции и для полиции  
Слухи
Меню сайта



Форма входа

Приветствую Вас, Гость · RSS 12.12.2017, 03:41

Главная » Статьи » ИСТОРИЯ ПОЛИЦИИ » История зарубежной полиции

ЛОНДОНСКАЯ ПОЛИЦИЯ В НАЧАЛЕ XX В.
ЛОНДОНСКАЯ ПОЛИЦИЯ В НАЧАЛЕ XX В.

В статье на основе изучения архивных материалов рассмотрены вопросы организации и деятельности Лондонской столичной полиции в начале XX в. Особое внимание уделено вопросам материального и пенсионного обеспечения полицейских, взаимоотношениям полиции с судебными властями.
Анализ архивных документов свидетельствует, что МВД Российской империи при проведении мероприятий по реформированию полиции уделяло много внимания изучению опыта полиции зарубежных государств. В этой связи представляют интерес сведения о полиции в г. Лондоне, датированные 1908 г..
Пространство, на котором действовала Лондонская столичная полиция, равнялось 688,31 квадратной мили, население его составляло около 5600000 жителей.
Лондонская полиция возглавлялась Комиссионером полиции (Commissioner of Polise), назначавшимся королевской властью и находившимся в подчинении у Государственного секретаря (Secretary of State).
Полиция подразделялась на наружную полицию и уголовную полицию.
Наружная полиция возглавлялась помощником Комиссионера (Assistant Commissioner); следующими по значимости были должности главных констеблей (Chief Constables), между ними была поделена вся территория, в пределах которой осуществляли свою деятельность Лондонская полиция и весь состав полиции.
Лондонская полиция была разделена на 22 дивизии, каждая из которых также осуществляла свою деятельность на определенной территории. Во главе дивизии находился суперинтендант (Superintendent). Дивизия подразделялась на субдивизии, возглавлявшиеся субинспекторами дивизии.
Субдивизии делились на секции, управлявшиеся инспектором, сержантом или действующим сержантом. Секции, в свою очередь, подразделялись на посты, занимавшиеся констеблями.
Помимо полиции, распределенной по участкам, имелся еще полицейский резерв в размере 1/10 всех состоявших на службе констеблей. На каждых 10 констеблей резерва полагался один сержант резерва.
Уголовная сыскная полиция представляла одну из дивизий столичной полиции. Она возглавлялась также помощником Комиссионера (Assistant Commissioner), в ней проходили службу главный констебль (Chief Constable), суперинтендант (Superintendent), главные инспекторы, инспекторы 1-го и 2-го класса, местные инспекторы, сержанты 1-го, 2-го и 3-го класса, патрулирующие констебли.
В городе Лондоне существовали особые отделы речной и портовой полиции (Thames polise и Dockyard-division), подчиненные, как и вся остальная полиция, Комиссионеру. В сферу деятельности столичной полиции входило обеспечение правопорядка на всех средствах сообщения (кроме железных дорог). В отношении деятельности полиции в районе железных дорог имелось следующее предписание: "...чины полиции не должны посылаться внутрь станций железных дорог, за исключением тех случаев, когда последует письменная просьба о присылке полиции со стороны железнодорожных властей, которыя одне ответственны за распорядки на полосе отчуждения".
Речная полиция (Thames polise) составляла особый отдел столичной полиции. В ее обязанности входило наблюдение за порядком на реке в широком смысле этого слова, за контрабандой, за прибывающими и отплывающими кораблями и т.п.
Портовая полиция составляла также особый отдел столичной полиции (Dockyarde division). Поступать на службу в портовую полицию могли лица, прослужившие в общей наружной полиции не менее шести месяцев.
Желавший занять должность полицейского должен был быть не старше 35 лет, уметь читать и писать, иметь рост не ниже 5 футов 7 дюймов. Если он был женат, то у него не должно было быть более двух детей. Кроме того, признавались необходимыми условиями для отправления должности полицейского: "приличие в обращении, беспорочные поведение и энергия, а желательными - добронравие, приветливость и спокойствие темперамента". Лицо, подавшее прошение об определении его констеблем, подвергалось предварительному осмотру ответственным полицейским врачом. Если кандидат на это звание обладал достаточной физической силой и имел соответствующее умственное развитие, то от него требовалось свидетельство, выданное каким-либо торговцем, пользовавшимся уважением, или духовным лицом, с удостоверением того, что они знали кандидата не менее пяти лет и отвечали за безупречность его поведения в течение этого времени.
Желавший поступить на должность констебля подвергался экзамену по чтению, письму и арифметике. Сдав экзамен, он поступал в констебли, но нес службу только в самом здании полицейского участка и знакомился со своими обязанностями. Ежедневно в течение часа ему преподавались правила службы, периодически он экзаменовался суперинтендантом. По истечении 14 дней последний доносил Комиссионеру о пригодности вновь поступившего к дальнейшей службе в полиции. Кроме того, в течение первых шести месяцев после приема на службу новых констеблей инспектор должен был посвящать минимум 1 час в две недели на беседу с ними об их правах и обязанностях.
В одном из изученных архивных документов Департамента полиции отмечалось, что полицейский в Лондоне, "поступающий окончательно к отправлению свой должности, обязуется честным словом посвящать все время исключительно служебным обязанностям, не заниматься посторонними делами и даже не позволять жене своей вести лавочную торговлю".
Поступивший на службу констебль получал жалованье 24 шиллинга (11 р. 30 коп.) в неделю; за каждый следующий год службы ему прибавлялось по 1 шиллингу в неделю до тех пор, пока жалованье его не составит 32 шиллинга в неделю (15 руб.). Жалованье полицейских (в год) составляло: инспекторы (сыскной полиции) - 180-350 ф.; главные инспекторы (дивизий) - 215 ф. 16 ш. - 274 ф. 6 ш.; субинспекторы - 180 ф.; инспекторы (дивизий) - 145 ф. 12 ш. - 166 ф. 8 ш.; сержанты (сыскной полиции) - 105 ф. 6 ш. - 130 ф.; сержанты (дивизий) - 88 ф. 8 ш. - 124 ф. 16 ш.; действующие сержанты - 85 ф. 16 ш. - 88 ф. 8 ш.; констебли - 62 ф. 8 ш. - 83 ф. 4 ш.
В резерве инспектор получал на 4 шиллинга, сержант - на 3 и констебль - на 1 шиллинг 6 п. в неделю больше. Получали также денежные прибавки чины полиции, несшие службу в королевских дворцах и в парламенте, а также на штатское платье те полицейские, которые носили его по роду своей службы. Для большей части женатых чинов полиции были устроены казенные квартиры, в которых они были обязаны проживать; за пользование казенной квартирой удерживалось из жалованья инспектора 5 ш. 6 п. в неделю, сержанта - 4 ш. и констебля - 3 ш. Квартира сержанта и констебля (женатых) состояла из кухни и трех комнат. Холостые чины также проживали в казенных помещениях, за что с них удерживалось по 1 ш. в неделю из жалованья. Служащие получали помимо жалованья топливо и имели право пользоваться проведенным газом. Если же они не получали казенной квартиры, то им выдавались деньги на отопление и освещение. Форменную одежду сотрудники полиции носили казенную.
Пенсии назначались в зависимости от того, покидал ли сотрудник полиции службу по болезни или нет, получил ли он болезнь при исполнении или по поводу исполнения своих служебных обязанностей, и при этом по своей вине или нет и т.п. По общему правилу пенсия назначалась за 15 и более лет службы в следующем размере: 15 лет - 15/50 жалованья; 16 - 16/50; 17 - 17/50; 18 - 18/50; 19 - 19/50; 20 - 20/50; 21 - 22/50; 22 - 24/50; 23 - 26/50; 24 - 28/50; 25 - 31/50; 26 и больше - 2/3 жалованья.
В особых случаях (смерть, болезнь при исполнении служебных обязанностей) назначались особые пенсии ранее выслуги 15 лет. Вдовы и дети полицейских также имели право на пенсию, размер которой также был различен.
В обязанности общей полиции входило задержание преступников, производство обысков, принятие жалоб и заявлений от частных лиц, составление соответствующих протоколов, доставление в суд сторон и свидетелей, собирание улик по делам, производившимся в порядке публичного обвинения. Однако общая полиция действовала только тогда, когда преступление совершено или в присутствии ее сотрудника, или ему была принесена прямая жалоба на определенное лицо от потерпевшего, или сделано заявление свидетелями с указанием на виновного, притом заявление это признавалось полицейским как основательное. Во всех же случаях, где или не ясно было само преступление (например, обнаружен подозрительный труп), или неизвестны лица, совершившие его, дело велось агентами сыскной (уголовной) полиции (Criminal Departement). В экстренных случаях сыскная полиция уведомлялась полицией, в участке которой совершено преступление, телеграммой, в обыкновенных же случаях издаваемыми ежедневно в 9 час. утра, в 12 час. 30 мин. дня, в 6 час. 30 мин. вечера и в 10 час. 30 мин. вечера особыми печатными циркулярами, в которые помещались сведения о всех происшествиях, произошедших за день, по которым требовался розыск. С момента получения телеграммы или циркуляра и начиналась деятельность сыскной полиции. Деятельность общей и сыскной полиции регламентировалась инструкцией, изданной комиссионером.
Полиция обязана была исполнять все законные требования судебных властей (например, аресты, обыски, доставление задержанных к судье, препровождение их в тюрьму). Полицейские чины командировались в судебные учреждения и там получали все необходимые указания от судей. Кроме того, в обязанности полиции входили своевременный вызов сторон и свидетелей в судебные заседания, наблюдение за порядком среди вызванных лиц и своевременное сообщение судье об имеющихся в распоряжении полиции данных, изобличающих кого-либо в совершении преступления.
Должностные лица судебного ведомства не обладали дисциплинарной властью над чинами полиции, но в судебные заседания командировались чины полиции (инспекторы), которые были обязаны делать заметки о всех нарушениях и замечаниях судей, касающихся полиции, и доносить о них своему начальству.
Обыски и аресты производились не иначе как по получении полицией формального письменного постановления о том судебных властей (за исключением тех случаев, где полиции разрешено законом по собственному усмотрению производить эти действия). Обвиняемые полицией не допрашивались, за исключением случаев, когда они сами захотят дать объяснения. В этих случаях показания обвиняемых должны были записываться буквально, показания должны подписываться также обвиняемыми. Потерпевшие допрашивались полицией лишь в тех случаях, если они находились при смерти. В этих случаях они допрашивались по возможности при свидетелях, которые также подписывали показания.
Полицейским предписывалось постоянно следить за подозрительными лицами, по возможности знать их в лицо, для чего в полицейских участках имелись альбомы с фотографиями рецидивистов и наиболее важных преступников; следить за притонами, служащими обычным местом сборищ преступников; по возможности знать население вверенных их надзору участков.
Нижние чины уголовной (сыскной) полиции патрулировали город в штатском платье. Целью патрулирования было предупреждение преступлений. Патрулирующие чины полиции постоянно перемещались из одного участка в другой, чтобы преступный элемент не мог узнавать их. Они должны были вести подробные дневники наблюдения, в которые записывалось все замеченное ими во время обхода. Чины полиции в штатском платье пользовались правом задержания преступников наравне со всеми чинами полиции. Патрулировавшие в штатском платье чины полиции по мере надобности могли быть вооружены револьверами.
Наручники могли применяться при подозрении возможности бегства задержанных (арестованных): "Когда же арестованный особенно дерзкаго характера, или буйный, или опасен, или когда угрожает или покушается на констебля или намеревается бежать, или когда констебль, сопровождая двоих или более арестованных, не в состоянии иным способом оградить их неприкосновенность и удержать в своем повиновении, или в случаях, когда преступление очень тяжкаго характера, - во всех вышепоименованных обстоятельствах констебль уполномочен законом накладывать на арестованных наручники" <20>. Однако инструкция рекомендовала полицейским воздерживаться от применения наручников без достаточных к тому оснований в отношении некоторых категорий лиц. В частности, в инструкции говорилось, что "женщины, старики и больные не должны быть подвергаемы наложению наручников".
Полиция не выдавала разрешений на постройки, не следила за способом их возведения и т.п., но была обязана немедленно доносить местным гражданским властям о всякой опасности, грозящей от каких-либо сооружений, и принимать немедленно меры к оповещению публики о грозящей опасности. На полицию было также возложено наблюдение за исполнением санитарных предписаний и принятие мер к предупреждению развития эпидемий и эпизоотий. Учреждения общественного призрения были независимы от полиции, но она была обязана доставлять туда всех лиц, нуждавшихся в призрении, в частности бездомных детей, сумасшедших, подобранных на улицах больных и т.п.
Следует иметь в виду, что в описываемый период авторитет сотрудников Лондонской полиции был достаточно высок. В одном из изученных документов об этом, в частности, говорилось следующим образом: "...весьма часто его авторитет имеет чисто нравственное значение: в случае возникновения на улицах каких-либо пререканий спорящия лица почти всегда обращаются к его посредничеству, а то обстоятельство, что его решение оказывается большею частью правильным, так как оно почти никогда не отвергается сторонами, доказывает, что лондонские полисмены суть люди в высшей степени развитые и обладающие большим запасом практическаго смысла".
автор: Невский Сергей Александрович,
доктор юридических наук, профессор.


interpreter Moscow
Категория: История зарубежной полиции | Добавил: Avlosev (06.12.2012) | Автор: Невский Сергей Александрович
Просмотров: 2484 | Теги: наружная полиция, констебль, Лондон, Полиция, комиссионер, уголовная полиция | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:

Copyright MyCorp © 2017
счетчик посещений